Мой терапевтический стиль в основном психоаналитический и основан на вере во врожденную вменяемость каждого человека и его витальность. Когда мы патологизируем свои мысли, чувства, реакции и сопротивление, игнорируем свои сны и предчувствия или подавляем симптомы с помощью чрезмерной седации или отвлечения внимания, мы теряем ценную информацию о том, что происходит на самом деле, о том, что мы знаем, не зная, и о том, как добраться до того места, где мы действительно должны быть. Мы удивительно чувствительны к тому, что нам не подходит, и, глубоко исследуя свои страдания и симптомы — то есть, свое безумие — мы можем постепенно найти свое законное место в мире.

Эта концепция может помочь тем, кто борется с широким спектром человеческих проблем, включая депрессию или тревогу, одиночество или конфликты, горе, низкую мотивацию или отсутствие направления, а также последствия травмы или «духовный кризис». Она также может быть полезна для тех, кто сталкивается с трудностями, которые реже обсуждаются в клинической практике — экзистенциальные проблемы, неверность, длительные переживания неразделенной любви или чувство отчужденности/инаковости. Меня особенно интересует поддержка художников, музыкантов и специалистов в области помощи людям. Я также оказываю помощь лицам, занимающим ответственные должности, для которых конфиденциальность имеет первостепенное значение.

Когда встречается депрессия мне приходиться понимать, что мое переживание не уникально, я могу поделиться своим опытом с другими, потому что они поймут, так как тоже были там. Хотя каждая часть разума говорит, что я одна, и никто этого не поймет. Правда в том, что другие тоже знали этот мрак. У них были те же иррациональные мысли, которые пробегали в их головах, пытаясь убедить их, что они никогда не избавятся от этого страдания.

Конечно, эти иррациональные мысли не коренятся в истине. Но то, что «истинно» и что «реально», может быть двумя разными вещами и существовать одновременно. Это «правда», что депрессию можно вылечить, но ощущение, что это невозможно будет преодолеть, вполне «реально». Научиться сострадать реальному, но при этом не забывать о том, что правда.

Большая часть путешествия будет достаточно самосознательной, чтобы отделить себя от своих мыслей. Потому что мы не являемся нашими иррациональными страхами и неуверенностью.

Мы люди, которые просто стараются из всех сил жить.

Депрессия как и тревога, абсолютно необходимый механизм для адаптации человека в социуме. Этот механизм можно рассматривать как выход из сложной жизненной ситуации. К депрессии надо относиться с уважением.

Плохо когда мало тревоги, плохо когда много. Тоже самое и с депрессией.

Депрессия в среднем диапазоне необходима для того, чтобы человек не генерировал и не разогревал у себя иллюзии по поводу того, что вообще происходит в жизни. Депрессия в этом диапазоне добавляет реализма.

Какие будут ваши мысли, если вы скажите о своей реальности своим родителям, именно о своем переживании депрессии.

Родители, какой вы думаете будет ваша реакция на такую просьбу от ваших детей?

В России, несовершеннолетний ребенок не может обратиться к психологу без письменного согласия родителей. Психолог всегда должен предложить вам или несовершеннолетнему будущему клиенту бланк согласия родителя на психологическое консультирование.

Для тех кто дочитал, депрессия положительно коррелирует с уровнем интеллекта.
Посмотреть публикацию